Главная страница
Культура
Искусство
Языки
Языкознание
Вычислительная техника
Информатика
Финансы
Экономика
Психология
Биология
Сельское хозяйство
Ветеринария
Медицина
Юриспруденция
Право
История
Физика
Экология
Энергетика
Этика
Логика
Религия
Промышленность
Философия
Геология
Социология
Химия
Политология

Экономика России в начале XX века


НазваниеЭкономика России в начале XX века
АнкорЭкономика России в начале XX века.doc
Дата19.10.2017
Размер64 Kb.
Формат файлаdoc
Имя файлаЭкономика России в начале XX века.doc
ТипДокументы
#10874
КатегорияЭкономика. Финансы

Экономика России в начале XX века
Экономика России конца XIX — начала XX веков характеризовалась периодами подъема и спада, но в целом ее развитие шло неуклонно по восходящей линии. Особенно бурный подъем происходил в 1893—1899 го­дах, и прежде всего, в отраслях тяжелой промышленности, в которых производство увеличилось в два раза, а в легкой — в 1,6 раза. Наибо­лее быстрыми темпами в эти годы выросло производство в горнодо­бывающей и металлургической промышленности, в машиностроении. Так, добыча нефти и каменного угля увеличилась более чем в два раза, производство чугуна и продукции машиностроения — в три раза. Рос­сия вышла на третье место в мире по производству чугуна, а по добыче нефти — на первое.

1900—1908 годы в российской экономике можно охарактери­зовать как период некоторого спада, или, скорее, застоя, причем это наблюдалось не во всех отраслях. Общее развитие промышлен­ного производства все же продолжалось, но проходило очень не­равномерно. Например, выплавка чугуна снизилась на 3%, зато производство стали увеличилось на 24%, нефтедобыча упала на чет­верть, но добыча угля выросла в 1,5 раза. За эти годы количество занятых рабочих увеличилось на 21%, а общий выпуск промышлен­ной продукции — на 37%, что можно оценить как общее повыше­ние производительности труда. А в целом за период с 1890 по 1913 годы производительность труда в промышленности выросла в четыре раза.

В 1909—1913 годы начался новый экономический подъем, кото­рый охватил практически все народное хозяйство страны. Особенно быстрыми темпами возросло производство промышленной продук­ции. Россия по этому показателю опережала такие развитые страны Запада, как Англия, Франция, Германия, США. За этот период общий среднегодовой прирост промышленной продукции составил 9%. Про­изводство чугуна выросло на 64%, стали — на 82%. Поступления от промышленного производства в национальном доходе почти сравня­лись с поступлениями от аграрного сектора, а продукция промышлен­ности покрывала 80% внутреннего спроса.

Особенно быстро развивались такие регионы страны, как Цен­тральный, Северо-Западный, Урал, Донбасс, Криворожье, Прибалти­ка, Польша, в которых были сосредоточены до 80% всех рабочих и производилось до 75% валовой промышленной продукции.

Цикличное развитие российской экономики в начале XX века приводило к усилению монополистических процессов. Шел процесс концентрации производства на наиболее крупных предприятиях. К 1912 году примерно 75% всего чугуна Юга производилось на 9 ме­таллургических заводах, на которых работало до 80% всех паровых дви­гателей и рабочих всей металлургии южного региона страны, 65% про­дукции нефтепереработки производилось на 6 крупных заводах. В России было всего 8 заводов по производству паровозов, 15 заводов по производству вагонов. В первое десятилетие XX века на базе этих крупных предприятий создаются монополии.

В1902 году был основан крупнейший синдикат — «Общество для продажи изделий русских металлургических заводов» («Продамет»), его акционерный капитал составил 900 тыс. руб. Сначала в нем объеди­нились 14 заводов для продажи листового и широкополосного желе­за, позже синдикат стал реализовывать изделия проката. После того, как «Продамет» объединил 30 заводов, включая производство желез­нодорожных рельсов, данная монополия захватила почти 90% всего металлургического производства Южного региона.

В начале века образовались такие крупные синдикаты, как «Продларовоз» (Совет паровозостроительных заводов, 1901 год); «1воздь» (1903); «Продвагон» (1904), который охватывал до 90% всех заказов на железнодорожные вагоны; «Продуголь» (1904), на долю которого в 1909 году приходилось 60% добычи угля в Дон­бассе. Между монополиями шла ожесточенная борьба за рынки сбыта однородной продукции. Так, в 1906 году возник синдикат «Кровля» по продаже уральского кровельного железа. Но к 1913 году в результате конкуренции «Продамет» вытеснил эту мо­нополию с рынка.

Для нефтяной промышленности характерными компаниями были тресты. Крупнейшим из них являлось товарищество братьев Нобель, которое занималось добычей, переработкой, транспортиров­кой и продажей конечной продукции, В 1912 году им в противовес была основана «Русская генеральная нефтяная корпорация», которой уда­лось охватить 27% добычи нефти в России. Ее создателями были Рус­ско-Азиатский и Международный коммерческий банки с правлением в Лондоне.

В отличие от тяжелой промышленности легкая промышленность заметно отставала в процессе монополизации. Но и здесь возникали картели, синдикаты, а группа Кноппа, объединявшая хлопчатобумаж­ные фабрики, имела признаки треста. Однако эти объединения не за­нимали преобладающего места в целом по отрасли.

В пищевой промышленности также было образовано несколь­ко монополий: синдикат «Дрожжи», Соглашение о ценах между муко­молами, уже упоминавшееся Общество сахарозаводчиков, соляная монополия под флагом пароходного общества «Океан». В 1913 году был основан Табачный трест, который держал под контролем 80% капита­лов этой отрасли. К созданию этого треста также имел непосредствен -ное'-отношение Русс ко-Азиатский банк. На морском и речном транс­порте было создано 20 монополистических объединений. Так, в Азовском и Черном морях в течение многих лет господствовало Рус­ское общество пароходства и торговли («Ропит»).

Одним из методов господства монополий на рынке в начале XX века было сдерживание объемов производства и повышение про­дажных цен на рынке данной продукции. Первое же синдикатное со­глашение в системе «Продамет» способствовало повышению цен на железо (1902). Позже «Продамет» ввел в практику выплату премий тем предприятиям, которые не полностью выполняли определенную им норму («квоту») производства продукции металлургии. Если же квота превышалась, с предприятия взимался штраф. В 1911 году заводы Юга, входившие в «Продамет», сократили производство рельсов на 20%, подняв при этом цены на 40%. Эта монополия добилась того, что пос­ле ее образования не было построено ни одного нового крупного ме­таллургического предприятия, напротив, были закрыты уже действу­ющие заводы.

Такими же методами пользовались и монополии в нефтяной промышленности. В результате сговора в 1902—1912 годах добыча не­фти в России сократилась, а цена пуда нефти выросла с 6 до 38 коп., что заметно повысило прибыли нефтепромышленников.
На рубеже двух столетий значительную роль во многих отрас­лях народного хозяйства стал играть иностранный капитал. Благодаря своей последовательной политике, С.Ю. Витте добился снятия вся­ческих препятствий для иностранных инвестиций, которые, по его выражению, служат лекарством от бедности. В этот период Россия ста­ла крупнейшим в мире импортером капиталов. Всего за последнее де­сятилетие XIX века объем иностранных инвестиций в промышлен­ность и банковскую систему страны увеличился с 214,7 до 911 млн. руб.

Многие инвесторы признавали, что большую роль в этом процессе сыграла денежная реформа 1897 года, в результате чего в России был установлен золотой стандарт.

Политика Витте по привлечению иностранных капиталов встре­чала противодействие в государственных структурах вплоть до Госу­дарственного Совета, где высказывались опасения в том, что Россия попадет в «иностранную кабалу», что Витте якобы «распродает наци­ональные богатства». Он же, в свою очередь, постоянно приводил при­мер США, чьи экономические успехи в немалой степени были дос­тигнуты за счет иностранных капиталовложений, и все-таки смог настоять на установлении политики наибольшего благоприятствова­ния по отношению к зарубежным инвесторам.

И в течение достаточно короткого промежутка времени иност­ранные, прежде всего европейские, капиталы буквально хлынули в нашу страну, хотя общий объем иностранного капитала в начале XX века составлял не более 9-14% от стоимости всех промышленных капиталов. Если в 1888 году всего по стране было 16 иностранных фирм, то в 1909 году — 269. Преимущественные инвестиции направ­лялись в добывающие отрасли: угольную, нефтяную, железнорудную, в металлургию и железнодорожное строительство, то есть в те отрас­ли, куда отечественные инвесторы не спешили вкладывать средства, прежде всего, из-за их медленной отдачи. Наибольший удельный вес зарубежных капиталов приходился на горнодобывающую промышлен­ность: в 1900 году до 70% акционерного капитала здесь принадлежало иностранцам

До 96% всех зарубежных капиталов приходилось на четыре ев­ропейские страны: Францию, Англию, Германию и Бельгию, причем каждая из этих стран имела свои отраслевые предпочтения. Так, Фран­ция и Бельгия проявляли особый интерес к металлургии, машиностро­ению, банковской системе. Англия направляла инвестиции чаще все­го в угольную промышленность Донбасса и нефтепромыслы Баку. Германский капитал предпочитал химическую и электротехническую промышленность, машиностроение, городское хозяйство. В начале XX века доля Франции составляла 31 % в общем объеме иностранного капитала, Англии — 24%, Германии — 20%, Бельгии — 13%.

С участием европейских бизнесменов были построены в Дон­бассе и Криворожье металлургические заводы, оборудованные по пос­леднему слову техники. В подмосковном Подольске был построен завод по производству швейных машин «Зингер и К», в Люберцах — предприятие фирмы «Маккормик и К», производившее жатки, моло­тилки и другой сельскохозяйственный инвентарь.

Политика российского правительства была направлена на то, чтобы иностранные инвесторы предпочитали ввозить в страну капи­талы, а не готовую продукцию, на которую были установлены высо­кие таможенные пошлины. Особенно поощрялись прямые инвести­ции, то есть инвестиции в непосредственное производство или на покупку контрольного пакета акций российских компаний. Приток инвестиций происходил также в виде государственных займов. К 1913 году иностранные капиталовложения оценивались в 7,6 млрд. руб., в том числе — 1,7 млрд. частных инвестиций, тогда как отече­ственные вложения составляли 14 млрд. руб., из них 3,6 — частные. По подсчетам экономистов, общий объем иностранных капиталов в российскую промышленность за 1893—1913 годы составил около по­ловины отечественных капиталовложений. При этом инвестиции из-за рубежа не сопровождались созданием в российской экономике ка­ких-то замкнутых образований — анклавов. Напротив, все эти капиталы очень эффективно ассимилировались с отечественными, способствуя быстрому переходу России на индустриальные рельсы.

Что касается «распродажи национальных богатств», в чем упре­кали Витте и других государственных деятелей, то, согласно подсче­там экономистов, к началу Первой мировой войны прибыли иност­ранных компаний, переводимые за границу, составляли 150 млн. руб. в год, в то время как правительство выплачивало только в виде про­центов по государственным займам до 220 млн. руб.

Несомненно, стремление к высоким прибылям для иностран­ных бизнесменов служило побудительным мотивом для их продвиже­ния в Россию. Привлекательным фактором для них был обширный российский рынок сбыта, дешевая рабочая сила, богатые месторож­дения природных ресурсов — все это вместе обеспечивало им высо­кие доходы.

Однако в целом норма прибыли иностранных обществ равня­лась 4-7% на вложенный капитал, что соответствовало доходам и оте­чественных компаний. К тому же зарубежным фирмам нужно было несколько лет (от 5 до 15), чтобы полностью вписаться в специфичес­кие условия российской экономики, в том числе в бюрократическую систему, где нужны были «особые условия» при заключении выгод­ных контрактов и т.д.

Заметных успехов достигла внутренняя и внешняя торговля. Объем внутренней торговли в 1913 году составлял 18 млрд. руб., или в полто­ра раза больше, чем в 1909 году. Внешнеторговый оборот также увели­чился за этот период примерно в 1,5 раза и составил к 1913 году 2,6 млрд. руб., причем объем экспорта уверенно превышал объем им­порта — соответственно 1,5 и 1,1 млрд. руб. Структура экспорта тра­диционно складывалась из сырья и сельскохозяйственной продукции, а импорта — из товаров производственного назначения: машин, обо­рудования, полуфабрикатов. По-прежнему ввозился хлопок-сырец, поскольку его внутреннее производство обеспечивало лишь половину потребности отечественной промышленности, а также предметы рос­коши, шелк-сырец, чай, кофе и т.п.

Доходы от продажи хлеба составляли около 44% стоимости всех экспортных поступлений в государственный бюджет, а доходы от про­дажи продукции животноводства — до 22%. Перед Первой мировой войной Россия являлась одной из ведущих стран-экспортеров хлеба в мире. Из всего объема вывозимого хлеба примерно 30% экспортиро­валось в Германию и около 20% — в Англию. В морских перевозках по-прежнему был велик удельный вес иностранных торговых судов.

Активное внешнеторговое сальдо служило делу укрепления го­сударственного бюджета. Помимо доходов от внешней торговли в чис­ле источников государственного бюджета можно назвать доходы от винной монополии и откупной системы, от казенных железных до­рог, а также косвенные налоги.

Государственные доходы увеличились с 1,4 млрд. руб. в 1897 году до 3,1 млрд. руб. в 1912 году. Российский рубль оставался одной из са­мых сильных валют в мире. Даже в годы русско-японской войны и ре­волюции 1905—1907 годов продолжался обмен кредитных билетов на золото. Общая сумма налогов на одного жителя страны была в два раза ниже, чем в Австро-Венгрии, Франции, Германии, и в четыре раза меньше, чем в Англии.

Но расходы бюджета росли гораздо быстрее, чем доходы. День­ги тратились на огромный бюрократический аппарат, на поддержа­ние помещичьих хозяйств, на военные нужды, на выплату процентов по иностранным кредитам. Ha l января 1914 года государственная за­долженность России по внутренним и внешним долгам составляла около 9 млрд. руб.

Как и в предыдущие годы, большое значение имела кредитная система во главе с Государственным банком, который хранил золотой запас страны, осуществлял денежную эмиссию и основные расчетные операции. Вокруг Государственного банка сформировалась большая сеть акционерных коммерческих банков, основной задачей которых было финансирование всего хозяйства страны.

Особое место среди них занимали банки земельного (ипотеч­ного) кредита. Два из них были государственными: Дворянский зе­мельный и Крестьянский поземельный, а десять — частными. Эти бан­ки выдавали ссуды землевладельцам, выступали посредниками в процессе купли-продажи земельных участков, особенно во время Сто­лыпинской аграрной реформы. Для средней и мелкой буржуазии су­ществовали общества взаимного кредита и городские банки.

Процесс образования монополий не обошел стороной и бан­ковскую сферу. На 1 июля 1914 года в России насчитывалось всего 47 акционерных коммерческих банков, из них в Петербурге — 13, в Москве — 8, а остальные 26 — в провинции. Столичные банки рас­пространяли свои филиалы и отделения по всей стране, их количе­ство за 1900—1913 годы увеличилось почти в три раза. Особая активность была присуща трем «китам» — Русско-Азиатскому, Петер­бургскому международному и Азовско-Донскому банкам, которым принадлежала почти половина всех банковских активов страны.

Одним из направлений успешного развития банков было их ак­тивное вмешательство в деятельность предприятий самых различных отраслей. Так, Русско-Азиатский банк контролировал деятельность ряда военных предприятий, железных дорог, в том числе МоскойЬко-Казанской, "Табачного треста", «Русской генеральной нефтяной кор­порации» и др. Петербургский международный банк осуществлял кон­троль над обществами судостроительных заводов «Руссуд» и «Наваль» в Николаеве, над предприятиями металлургической, горной, стеколь­ной, текстильной промышленности, железнодорожными компания­ми, соляной монополией «Океан». Международный банк был тесно связан с трестом братьев Нобель и Англо-Голландским нефтяным тре­стом. Азовско-Донской коммерческий банк оказывал влияние на «Продамет» и «Продуголь», финансировал некоторые уральские металлургические предприятия, Сулинский металлургический завод и добычу ртути в Донбассе, железнодорожные компании, текстильные предприятия. Среди петербургских банков сложились две основные группы. Первую из них контролировал французский капитал и в нее входили Русско-Азиатский, Частный коммерческий, Русский торго­во-промышленный и Сибирский торговый банки. Во вторую группу, наряду с Русским банком для внешней торговли, Петербургским учет­ным и Ссудным, входил германский капитал.

В начале XX века засияли яркие звезды отечественных финан­систов и промышленников, таких как банкиры Путилов, Вышнеград-ский, Камин ка, фабриканты Нобель (нефтяная промышленность), Рябушинский и Кнопп (текстильная), Бродский (сахарная), Второе (торговля в Сибири и легкая промышленность), Стахеев (хлебная тор­говля). Из числа помещиков выдвинулись крупные сахарозаводчики Бобринский, Терещенко, Ярошинский.

Динамичное развитие народного хозяйства России на рубеже веков вывело страну по многим показателям на 4-5 место в мире пос­ле США, Англии, Германии и Франции. И хотя в целом экономика оставалась аграрной, темпы развития промышленного сектора были очень впечатляющими. Например, объем производства инвестицион­ных товаров увеличился за 1893—1913 годы в 7 раз, причем производ­ство чугуна—в 5 раз, стали—в 13 раз, добыча угля —в 6 раз. Не менее быстрыми темпами росли объемы производства потребительских то­варов: переработка хлопка возросла в 7 раз, производство сахара — в 4 раза и т.д.

Следует отметить, что в начале XX века российское предприни­мательство было охвачено чувством подъема, созидания. Повсемест­но в производстве проходил процесс обновления, реконструкции, со­здавались новые предприятия, новые отрасли, осваивались новые регионы, осуществлялась ускоренная механизация производства. Так, если в 1860 году механическое оборудование в целом по стране оцени­валось в 100 млн. руб., в 1870 году — 350 млн. руб., то в 1913 году сто­имость такого оборудования составляла 2 млрд. руб.

В экономике России наблюдались очень высокие темпы произ­водства инвестиционных товаров — почти в два раза выше, чем темпы производства потребительских товаров, 63% технического оборудова­ния в промышленности было произведено на отечественных предпри­ятиях. Темпы роста промышленной продукции и производительности труда были самыми высокими в мире и составляли за период с 1880 по 1913 годы в среднем 9% в год. Французский экономист Э. Тэри писал: «К середине текущего века Россия будет господствовать над Европой как в политическом, так и в экономическом, и финансовом отноше­нии».

Однако по многим показателям экономика России отставала от других стран. Так, отечественное машиностроение занимало лишь 1% в общем объеме промышленного производства. Россия была вынуж­дена закупать за границей большое количество промышленного обо­рудования, почти половину потребляемой сельскохозяйственной тех­ники. Несмотря на значительные темпы роста производительности труда, по этому показателю Россия отставала от США в 10 раз. Осо­бенно большой отрыв в пользу западных стран был по уровню энерго­вооруженности .

И все же следует подчеркнуть, что Россия перед Первой миро­вой войной не являлась отсталой страной, как часто отмечалось в ли­тературе. Это была аграрно-индустриальная страна со средним уров­нем развития. Ей отнюдь не грозила участь «полуколонии» для более развитых западных стран, ее доля в мировом хозяйстве в 1913 году со­ставляла 1%,

Заметно изменилась социальная структура населения России, которое выросло за 20 лет на 40млн. человек— со 125 до 165 млн., то есть на 32%, (не считая Польши и Финляндии). Городское население возросло с 16,8 до 26,5 млн. человек, или на 70%, а его удельный вес — с 13,4 до 18%. Количество работников наемного труда увеличилось с 10 до 18 млн. человек, в том числе индустриальных рабочих — с 1,5 до 4,2 млн. человек. К 1913 году в целом по стране снизилась продолжи­тельность рабочего дня с 11 -12 до 9,5-10 час. Средняя заработная пла­та в обрабатывающей промышленности за 1904—1913 годы выросла с 205 до 264 руб. в год, а на машиностроительных заводах Санкт-Петер­бурга она достигала 511 руб. в год, то есть примерно 43 руб. в месяц при среднемесячном прожиточном минимуме городской рабочей се­мьи в 25-30 руб.

Даже по таким направления развития, как уровень образования, Россия уверенно продвигалась вперед. Так, за годы правления Николая II расходы на просвещение выросли с 25,2 до 161,2 млн. руб., то есть более чем в 6 раз. Значительных успехов достигло народное просвещение. В 1908 году был принят закон о введении обязательного

начального обучения. В 1915 году 51% всех детей в возрасте от 8 до 11 лет получили начальное образование, а 68% рекрутов, призванных на военную службу, умели читать и писать. Число учащихся в сред­них учебных заведениях составляло 733 тыс., в университетах — 40 тыс. Среди всех студентов страны 37% составляли женщины, что являлось одним из самых высоких показателей в мире. Почти половина выс­ших учебных заведений содержалась на деньги российских предпри­нимателей, а плата за обучение была в 30-100 раз ниже, чем, скажем, в США, причем до 70% студентов не платили за учебу вообще.

Статистические прогнозы показывали, что с такими темпами Россия могла бы к середине XX века стать сильнейшей в мире держа­вой в военном, финансовом и экономическом отношении, а к 1985 году население страны достигло бы 400 млн. человек, в том числе — 260 млн. человек — русских.

Экономика России развивалась очень быстро, а политические структуры не успевали за такими темпами. Страна по-прежнему уп­равлялась самодержавно, напоминая московское правление XVII века: Государственная Дума по своему составу была аналогом сословной Боярской думы или Земского собора, большую роль в государстве за­нимала церковь, сохранялось помещичье землевладение. Империя напоминала устаревший автомобиль, ремонтируемый на ходу, несу­щийся с перегретым мотором по рытвинам российских дорог навстречу страшным испытаниям.




написать администратору сайта